В ответ на утверждение Ричарда Докинза, что сказки могут оказывать на детей пагубное воздействие, с отсылкой к опыту чтения и воображения, накопленному автором
Книга Ричарда Докинза «Магия реальности» — настоящий tour de force[63], в котором автор пересказывает мифы (например, о сотворении Земли и радуги или о том, откуда взялись животные) и вслед за этим дает научное объяснение рассматриваемого явления, показывая, насколько увлекательными могут быть знание и научное исследование и какое глубокое ощущение чуда они нам дарят. Эту книгу я непременно подарю моим внукам — через год-два. В жизни не видел лучшего введения в науку для юных читателей.
Однако она напомнила мне об опасениях, высказанных Докинзом в одном телеинтервью два-три года назад. Они касались сказок, в которых лягушки имеют обыкновение превращаться в принцев. Докинз сказал, что хотел бы иметь в своем распоряжении научные данные о том, как сказки влияют на детей — не оказывают ли они случаем пагубного воздействия на них? В особенности его беспокоило, что сказки могут вести к формированию антинаучного склада ума, так что люди потом будут верить, будто одни вещи могут превращаться в другие. А поскольку я сам в последнее время много работаю со сказками братьев Гримм, феномен сказок и того, как мы их читаем, очень меня занимает.
Итак, какие данные есть в нашем распоряжении для решения этого непростого вопроса?
Мы верим в самые разные вещи — разным образом и по разным причинам. Во-первых, есть надежный, как камень, личный опыт: если сунуть палец в огонь, точно обожжешься, — и это самая ранняя разновидность веры, которой научается человек. Далее есть логическое убеждение, которое мы усваиваем не в последнюю очередь с помощью школьного курса математики, вместе с теоремой Пифагора или чем-нибудь вроде того. Если столкнуться с логикой в нужное время в нужном месте, она врывается в сознание, подобно восходу, и вся Вселенная гремит величественным аккордом в до-мажоре.
Существуют и другие способы поверить — например, свидетельство доверенных друзей (я знаю этого человека, и он не лжет); правдоподобие по аналогии, основное на личном опыте (когда случается ровно то, чего ты ожидал); слепая вера религиозного толка (это правда, потому что Господь так сказал, а его святая книга лгать не может) и т. д. Некоторые из этих способов заключают в себе возможность спокойного скептицизма (я его знаю, и он не лжет — но он может ошибаться).
Итак, есть не один способ поверить во что-то, а целый спектр. Мы не требуем и не хотим научных доказательств для всего, во что верим, не только потому, что предоставить их попросту невозможно, но и потому, что во многих случаях это не нужно или неуместно.
Каким образом можно исследовать то, как дети воспринимают сказки? Существуют ли методы объективного изучения детских переживаний во взаимодействии со сказкой? Как ни странно, да. Несколько лет назад Гордон Уэллс и его коллеги из Бристольского университета провели весьма интересный эксперимент на эту тему и поделились его результатами в книге под названием «Маркеры смысла: дети учатся говорить и пользуются речью для обучения» (1986).
Уэллс и его команда задались вопросом, какое влияние на речь детей оказывает то, что они слышат вокруг. Они включили в выборку довольно большое количество семей с детьми в возрасте двух-трех лет, и наблюдали за ними до конца начальной школы. Детям выдали незаметные легкие микрофоны, которые можно было носить под одеждой и которые улавливали не только то, что говорили сами дети, но и то, что говорили родители и другие находящиеся рядом люди. Микрофоны включались через случайные промежутки времени, на девяносто секунд за раз; результаты записывались и расшифровывались, после чего подвергались самому тщательному анализу.
Вкратце ученые открыли вот что: чем больше дети включались в разговоры и болтовню вокруг, тем быстрее и полнее они овладевали любыми языковыми навыками. Среди всего прочего они подметили интереснейший момент: одним из самых богатых и плодотворных опытов для детей явились неограниченные по времени беседы исследовательского типа после того, как им прочитали сказку. В книге «Язык и обучение: интернациональная перспектива» (1985) Уэллс и его коллега Джон Николс пишут: «Некоторые исследователи отметили, насколько сложнее как семантически, так и синтаксически становилась речь в этом контексте. ‹…› Более того, если детям часто читают, это с высокой степенью вероятности позволяет прогнозировать хорошую успеваемость в школе».
